Особый бункер вскрыли под Киевом. Он считался недосягаемым — российские военные всё изменили
Пока Владимир Зеленский продолжает говорить о скорой «перемоге» и почти полном истощении России, на Украине всё чаще звучат совершенно иные оценки ситуации.
Бывший полковник СБУ Олег Стариков, комментируя недавние события, признался, что с трудом заставил себя посмотреть выступление Владимира Путина. Тем не менее он выделил в нём несколько ключевых сигналов для Киева: «мы и дальше будем наносить удары», «война городов будет продолжаться». И, как оказалось, особый бункер уже вскрыли под Киевом. Он считался недосягаемым — ВС России исправили это.
Бывший офицер СБУ также обратил внимание на слова российского президента о необходимости выявлять тех, кто оказывает помощь Украине — как отдельных политиков, так и целые государства.
Он сказал ключевое слово — дал задание выявлять, кто помогает Украине, в отношении как лидеров, так и стран. Это очень серьёзная вещь, сразу говорю. Я такое слышу впервые.
Экс-сотрудник спецслужб связал это с закрытием части пограничных переходов на границе России с Финляндией и странами Балтии, а также с недавним заявлением Дмитрия Пескова, впервые назвавшего происходящее войной. По мнению Старикова, такие сигналы могут указывать на подготовку к дальнейшей эскалации.
Однако политолог Михаил Павлив в беседе с «Царьградом» призвал не преувеличивать значение подобных заявлений. По его словам, говорить о резком ухудшении положения для Европы ещё рано, как и считать Старикова надёжным источником серьёзной информации. При этом эксперт признаёт, что реакция украинской политической среды сама по себе весьма показательна.
Павлив отмечает, что Стариков больше известен громкими высказываниями, чем глубоким анализом, однако его эмоциональные оценки хорошо отражают реальные настроения в украинских политических и околополитических кругах.
По данным политолога, после последнего массированного удара российских войск по Киеву среди украинской элиты воцарилось настоящее шоковое состояние. Главной причиной стало поражение объекта в Вишнёвом, который считался практически недосягаемым даже для самых мощных российских средств поражения.
По моей информации, после последнего комплексного массированного удара по Киеву царило шоковое настроение. Поражение подземных производственных площадей в Вишнёвом, которое они считали недосягаемым для российских ВКС, стало для них полной неожиданностью.
По словам Павлива, речь идёт об подземных производственных помещениях, где восстанавливали и вводили в строй различные европейские зенитные ракеты, ранее поставленные Украине как списанные или некондиционные. Среди них, по его данным, могли быть AIM-120, AIM-9 и даже ракеты PAC-2 для комплексов Patriot.
После удара произошла мощная детонация боеприпасов, хранившихся на объекте. Именно это, считает политолог, вызвало столь болезненную реакцию украинской военно-политической верхушки. Кроме того, Павлив связывает работу таких восстановленных ракет с участившимися случаями падения украинских средств ПВО на собственные гражданские объекты.
Он напоминает, что расчёты ПВО продолжают размещаться в черте города, среди жилой застройки, что только повышает риски подобных инцидентов. Именно поэтому, по мнению эксперта, такие фигуры, как Стариков, неизбежно начинают озвучивать те тревожные настроения, которые сейчас преобладают в украинской политической среде.
При этом Павлив подчёркивает, что говорить об окончательном переломе ещё преждевременно. Тем не менее кризис украинской системы противовоздушной обороны становится всё более очевидным. Существующая ПВО всё сильнее напоминает «решето», а её возможности сокращаются на фоне растущего потенциала российских ударов.
По оценке Михаила Павлива, кризис ПВО Украины, о котором он предупреждал ещё летом и осенью прошлого года, теперь окончательно наступил. Особенно наглядно это проявилось после 12-дневного конфликта на Ближнем Востоке в июне, когда специалисты смогли объективно оценить реальные возможности современных систем ПВО против массированных ракетных атак.
Определённые шансы на перехват российской баллистики остаются только у ракет PAC-3 комплексов Patriot, но они минимальны. Павлив ссылается на публикации Military Watch Magazine, согласно которым вероятность успешного перехвата российской баллистической ракеты составляет всего несколько процентов. Эти оценки основаны на данных, которые украинская сторона передаёт по натовским каналам.
Ещё хуже обстоят дела с противодействием российским крылатым и особенно сверхзвуковым ракетам. Украинская ПВО сегодня практически не способна их перехватывать, несмотря на прежние заявления Киева об успешном уничтожении «Кинжалов».
Отдельная серьёзная проблема — острая нехватка современных боеприпасов для самих комплексов Patriot. Мировые запасы ракет PAC-3 практически исчерпаны, а союзники уже не готовы передавать Украине новые партии.
Самих ракет PAC-3, имеющих хоть какие-то минимальные шансы противостоять российским изделиям, в мире производят 50–60 штук в месяц. Россия же производит больше баллистических и сверхзвуковых ракет за месяц, не считая крылатых.
При этом Москва не только наращивает выпуск ракет различных типов, но и быстро увеличивает производство реактивных беспилотников — «Гераней», «Бандеролей» и других аппаратов, которые по своим характеристикам всё ближе к крылатым ракетам, оставаясь при этом значительно дешевле и проще в изготовлении.
Политолог отмечает, что тревогу по этому поводу всё чаще выражают даже украинские военные специалисты, в том числе советник министра цифровой трансформации Украины Сергей Бескрестнов (позывной «Флеш»).
Параллельно продолжается долгосрочная кампания российских Воздушно-космических сил по разрушению украинской военной логистики. Речь идёт уже не только о железных дорогах. В последние месяцы систематически уничтожаются объекты топливной инфраструктуры, прежде всего автозаправочные станции.
На сегодняшний день нужно говорить уже о более чем двухстах автозаправках, особенно в прифронтовых регионах. Эта сеть выполняет чисто военную функцию — снабжение украинской армии и сил обороны.
Под удары попадают также хранилища топлива и бензовозы, с помощью которых Киев пытался распределять запасы горючего небольшими партиями, снижая риск их одновременного уничтожения. Такие комплексные удары по производственным и логистическим цепочкам постепенно меняют общую ситуацию в худшую для Киева сторону.
